Пробудитесь, самураи! Недавно принятый в США закон может стать предвестником серьезных проблем для современных игр высшего класса и тех, что в будущем станут классикой.
Представьте, если я сообщу вам, что общей нитью, связывающей Baldur’s Gate 3, Cyberpunk 2077 и GTA VI, является их связь с криминалом. Вы, возможно, фыркнете, закатите глаза и покинете эту страницу, как будто уклоняетесь от выполнения высокоуровневого квеста по розыску — при условии, что я не стану читать вам лекцию об этичности ваших внутриигровых решений (а я этого делать не стану).
И пока каждая из этих игр предлагает игровой процесс, который может поставить вас по ту сторону закона, я сосредоточусь на правовом статусе самих игр. Эти и многие другие игры, содержащие специфический зрелый контент, могут оказаться под пристальным вниманием.
Естественно, это не первый случай, когда игры сталкиваются с судебными проблемами. Законодатели и сторонники борьбы с развлечениями настойчиво пытаются (и в основном безуспешно) «спасти» общество от цифровой безнравственности с тех пор, как видеоигры стали излюбленным политическим козлом отпущения для решения сложных проблем реального мира.
Вам также могут понравиться:
- После негативных отзывов в Steam разработчик Ori поделился неожиданными мыслями о своем будущем
- Doom: The Dark Ages — великолепный шутер на игровом ноутбуке с RTX 5090
- Nintendo считает, что шпионаж — это решение для обеспечения безопасности игрового чата на Switch 2
К счастью, Первая поправка защищает наш полигональный досуг, позволяя мне наслаждаться незаконной подноготной Ночного города, а вам — заниматься чем-то еще более необычным, например, удовлетворять свои «животные желания» с Халсином из Baldur’s Gate.
Тем не менее, даже у Первой поправки есть границы, и самые вопиюще непристойные материалы остаются незащищенными от правительственных запретов. Как правило, это вполне оправдано и идет на пользу всем нам.
При условии, что никто, например, не решит резко пересмотреть определение понятия «непристойность», превратив этот некогда защитный барьер в ограничительный инструмент, которым пользуются ханжи и культурно оторванные люди.
Такой сценарий вполне может реализоваться, если недавно предложенный в США законопроект удастся принять.
Вот это непристойно: Закон, который неизбежно изменит игорный бизнес
Теоретически, рассматриваемый закон — Межгосударственный закон об определении непристойности (IODA), представленный сенатором США Майком Ли, — напоминает классические начинания в духе «Кто-нибудь, пожалуйста, подумайте о детях», направленные на очищение интернета. Тем не менее, в его запутанном юридическом жаргоне скрывается грозное препятствие для видеоигр со зрелым рейтингом.
Важнейшая поправка, предложенная IODA, предполагает замену существующего теста Миллера новым, более строгим федеральным критерием для определения того, что является «непристойным».
Тест Миллера оценивает непристойность, определяя, воспринимает ли средний человек, руководствуясь общественными нормами, материал исключительно как направленный на возбуждение сексуального характера, изображены ли такие действия оскорбительно и есть ли в них какие-либо художественные, литературные, политические или научные достоинства.
Если вы ответили «да» на все три составляющие, вас можно поздравить: ваша игра (или фильм, книга, или сомнительная загрузка на Nexus Mods) получила статус непристойности и, скорее всего, не сможет завоевать законную аудиторию в Соединенных Штатах.
Межгосударственный закон об определении непристойности (IODA) направлен на пересмотр понятия «непристойность» в различных медиа, включая игры со зрелым контентом. В случае принятия законопроекта под его действие могут попасть такие известные игры, как GTA VI, Cyberpunk 2077 и Baldur’s Gate 3.
К счастью, вышеупомянутые «стандарты сообщества» учитывают контекст, тонкости и культурное восприятие. Без этих соображений сложные повествования вроде романтических сюжетов Bioware, скорее всего, безвременно уйдут из жизни.
Напротив, IODA предлагает ввести единые, негибкие рамки для строгого определения того, что квалифицируется как «непристойное», тем самым резко ограничивая диапазон приемлемого контента. Следовательно, любой сексуальный материал в играх может быть классифицирован как непристойный, если он способен «пробудить, возбудить или удовлетворить сексуальные желания человека» — вне зависимости от контекста.
Только по этому критерию недавно вышедшая игра Elder Scrolls Oblivion Remastered может столкнуться с юридическими последствиями, поскольку манящее пламя Атронаха вызвало такое горячее восхищение среди геймеров, что соответствующие посты о жажде были запрещены, а модераторы заявили: «Мы больше не можем принимать посты о сексуальном пламени Атронаха».
Что дальше?
IODA еще не принят и вполне может застопориться или тихо угаснуть в ходе обсуждения в комитете. Даже если он успешно пройдет, маловероятно, что такая конфронтация с Первой поправкой избежит судебного контроля.
Однако это не делает его неосуществимым. Неоднозначные формулировки законопроекта могут помешать его продвижению, но если он будет принят, то сможет оказать существенное влияние на медийный ландшафт — особенно когда решения будут зависеть от крайне субъективного стандарта «намерения спровоцировать».
Хотя для контента, обладающего «серьезными» литературными или художественными достоинствами, по-прежнему существует исключение, видеоигры все ещё часто рассматриваются многими за пределами индустрии как простое развлечение, а не искусство, независимо от изощренности затрагиваемых в них тем.
Последствия такого закона могут вынудить разработчиков заняться самоцензурой, санировать свой контент, а в перспективе и вовсе убрать игры с рынка, с опаской корректируя материал, который они будут создавать в будущем.
Естественно, существует и риск «скользкой дорожки». Сегодня это сексуальный контент в играх. А что будет завтра? Насилие? Политика? Сомнительная этика?
Несомненно, на кону стоит нечто большее, чем просто удовлетворение жаждущих фанатов Bethesda, это уж точно.
